Олег Иваненко
Артем Берман: Итак, смотри, есть три анкеты: «я никогда не работал», «я раньше работал, но сейчас не работаю» и «я сейчас трудоустроен». Что ты выбираешь?
Олег Иваненко: Я выбираю последний вариант.
Артем Берман: То есть «я сейчас трудоустроен». Отлично. Так, у нас есть стандартные вопросы. Давай пройдём их быстро. Ты разрешаешь это интервью...
Олег Иваненко: Да.
Артем Берман: ...использовать в исследовательских целях? Ты разрешаешь это интервью...
Олег Иваненко: Да.
Артем Берман: ...опубликовать на сайте iemployed.org. Ты хочешь использовать настоящее имя или какой-нибудь псевдоним?
Олег Иваненко: Делай как тебе угодно.
Артем Берман: Как тебя зовут?
Олег Иваненко: Я Иваненко Олег Валериевич.
Артем Берман: Сколько тебе лет?
Олег Иваненко: Мне 40 лет.
Артем Берман: Какой у тебя пол?
Олег Иваненко: Я не собираюсь тебя удивлять (смеётся). Я, наверное, в критическом меньшинстве в Украине, потому что, по моему пониманию того, что происходит вокруг, людей другого типа большинство.
Артем Берман: Такие уж пироги. Ты живёшь один или с женой, с детьми?
Олег Иваненко: Я живу один.
Артем Берман: Хорошо. Какая у тебя инвалидность?
Олег Иваненко: Шея, ныряние. История обычная.
Артем Берман: Стандартная история. Это травма ныряльщика.
Олег Иваненко: Пойдём дальше.
Артем Берман: Следующий вопрос подробный. Как и когда началась твоя социальная реабилитация? В каком возрасте ты получил травму? Это важно понимать.
Олег Иваненко: Это было в 1995 году.
Артем Берман: Сколько тебе было лет?
Олег Иваненко: Мне было 15.
Артем Берман: Тебе было 15. Получается, как мне кажется, твоя социальная реабилитация пришлась на то же время, что и переход во взрослую жизнь...
Олег Иваненко: Ну, знаешь, наверное, это было не так. Моё взросление началось гораздо раньше. К тому времени я уже был зрелым человеком. Я знал, чего хочу, чего хочу от жизни. Поэтому никаких сложных трансформаций не было.
Артем Берман: То есть ты не валялся, жалея себя. Ты сразу знал, чего хочешь. Ты начал двигаться дальше.
Олег Иваненко: Я пришёл в себя, и у меня сразу была резинка для упражнений. Так что не было ни прострации, ни неправильного прочтения ситуации. После прыжка я долго был в воде, всю ночь. Ну, к тому времени я уже всё понял. Было ясно, что у меня травма шеи. Поскольку я был профессиональным спортсменом, нас учили, что может случиться, какими могут быть последствия, и если это случится, то это пожизненный приговор. Так что примерно через 2 часа я осознал, что это будет другая реальность и что мне нужно либо добиться успеха, либо как-то иначе. Да, наверное, так и есть. Ну, если ты понимаешь, где ты находишься, свою точку бифуркации, то понимаешь, как надо двигаться. Это пришло не сразу, а за несколько лет я полностью понял, как всё нужно делать.
Артем Берман: Хорошо.
Олег Иваненко: Ну, я полностью себя реабилитировал. У меня была своя система восстановления.
Артем Берман: Ну, ты ведь имеешь в виду физическую реабилитацию, верно? Однако меня интересует именно социальная реабилитация.
Олег Иваненко: Социальная... Она (травма) не изменила моих решений, которые были приняты, когда мне было около 12 лет. Я имею в виду университет, школу... Выпуск, университет. Потом были упражнения дома. Ну, мой дом был полностью оборудован.
Артем Берман: Ты выходил на улицу, общался с людьми, ходил в кино, в рестораны, или у тебя была пауза?
Олег Иваненко: Ну, когда я мог делать это сам... Ну, ты же помнишь тот год, 1992-й. Невесёлая история. Ну... У меня была цель самостоятельно передвигаться по городу. Передвигаться самостоятельно стало реальностью через 8 лет ежедневных упражнений. Сейчас я планирую большую... ну, я подпишу и подарю тебе книгу «C5: невозможное возможно». Моменты, когда было трудно, описаны там. В первый момент было трудно, я это чётко помню, помню, когда я провёл 3 недели в реабилитационном центре, а потом нас вывезли на улицу. Было двое людей с травмами шеи. Дело было во всех этих взглядах. Ну, знаешь, тогда я отступил, посмотрел на себя и сказал: «Ну, это уже случилось, не думай больше об этом». Ну, с того времени я не определяю себя как человека, который передвигается иначе. Ну, я вообще об этом не думаю. Наверное, так было с самого начала. Неважно, как ты передвигаешься. Что действительно важно — это твой образ мышления.
Артем Берман: Логично. У меня следующий вопрос. Опять же, вопрос — это просто рамка. Ты можешь вдаваться в детали, и чем больше информации ты дашь, тем лучше. Твоё образование до и после травмы. Где ты учился? Почему? Какой был факультет?
Олег Иваненко: Я окончил школу, я окончил одиннадцатый класс, и я завершил учёбу в университете, на экономическом факультете. Однако была трансформация, потому что после одного года на экономическом факультете я понял, что хочу большего, и поскольку базовых знаний по экономике было достаточно, я окончил факультет международной экономики и права.
Артем Берман: Ты работаешь на компанию или на себя?
Олег Иваненко: Я никогда ни на кого не работал. Я глубоко убеждён, что каждый человек, если он анализирует себя и хочет стать цельным и сбалансированным человеком, в определённый момент должен осознать, что у него должна быть не зарплата, а доход. Тогда парадигма отношения к разным вещам меняется. Как только человек осознаёт, что приоритет — это доход, к тому же ты начинаешь понимать, что доход может приходить независимо от того, работаешь ты над ним или нет, ты высвобождаешь много времени для решения других задач, ну, собственно, потому что что такое деньги? Деньги — это время, которое мы покупаем, и независимость.
Артем Берман: У тебя было ощущение, что ты работаешь с ограниченными ресурсами?
Олег Иваненко: Я до сих пор так себя ощущаю. Я хотел бы иметь чуть больше ресурсов. Это та ситуация, когда масштаб решаемых задач зависит от объёма имеющихся ресурсов. В каждой ситуации ты исходишь из объёма своих ресурсов, в том числе интеллектуальных, временных, ну и финансовых.
Артем Берман: Тогда пусть это сразу будет следующий вопрос. Можешь сказать пару слов о своей работе и о трудностях, связанных с инвалидностью, с которыми ты сталкиваешься на работе, если они есть?
Олег Иваненко: Ну, я тебе сразу сказал, что у меня нет никаких ограничений. Ну, это юриспруденция, экономика, бизнес, политика. Это политика; это профессиональная политическая деятельность. Я был первым человеком в Украине, избранным в крупный представительный орган государственной власти по мажоритарной системе. Это тоже трансформация сознания людей. Я был депутатом городского совета. Сейчас я депутат областного совета. Меня снова избрали по мажоритарной системе. Это когда люди выбирают, и произошло изменение коллективного восприятия. Оно сместилось от восприятия тебя как человека, которому нужна помощь, к человеку, который может помочь. Всё меняется. В моём городе ни у кого даже мысли не возникает обернуться, чтобы посмотреть, что за интересная ситуация произошла, кто это там в инвалидной коляске. Потому что это скучно. Мне кажется, все понимают: Иваненко едет мимо. Кто он? Я тебе сейчас расскажу. Видишь?
Артем Берман: Хорошо. Какие были главные причины, по которым ты начал работать, и почему продолжаешь сейчас? Что приводит тебя в движение в этой жизни? Секс, бокс, рок-н-ролл?
Олег Иваненко: Это цель. Это самая большая задача, структурированная и разделённая на этапы. Однако я также объясняю ученикам 7–11 классов, что сначала им нужно понять свою систему ценностей. Когда у них есть шкала ценностей, хотя бы от первого пункта до пятого, а лучше до десятого, тогда эта шкала ценностей, твоя шкала ценностей, которая тебя определяет, — это первый шаг к точному пониманию того, чего ты хочешь в этой жизни. Второе — это твоя цель, которая на какой-то период может казаться фантастической, но это неважно. Чем более фантастической она кажется, тем больший это вызов. Во-первых, из-за интереса её реализовать, и это отличный образ жизни. Ну, у тебя также должно быть точное понимание, что всё, что ты будешь делать в жизни, должно быть рациональным. Всё, что ты делаешь в этой жизни, должно иметь причинно-следственную связь. Ну, такая вот история.
Артем Берман: Следующий вопрос тоже о твоей работе. Можешь ли ты представить себя безработным?
Олег Иваненко: С удовольствием.
Артем Берман: Каковы были бы последствия такого шага?
Олег Иваненко: Ну, надо понять, что... Ну, нам нужно определение. Работа считается процессом зарабатывания денег или это просто процесс?
Артем Берман: Хорошо. Скажи пару слов и о первом, и о втором определении. Первый вопрос — достаточно ли ты наработался, чтобы уехать на острова. Второй вопрос — мог бы ты представить себя валяющимся и ничего не делающим. Ты бы не сошёл с ума?
Олег Иваненко: Ну, снова. В моей парадигме задач у меня нет варианта ничего не делать. Ну, если бы был, ну, у некоторых людей, наверное, есть такая шкала ценностей и задач. Я имею в виду заработать достаточно денег, чтобы уехать на острова. Ну, тогда ладно. Однако в моей системе координат это совсем иначе. Во-первых, я могу себе это позволить. Во-вторых, если бы я это сделал, если бы уехал на острова, я бы нашёл, чем там заняться. Так было бы, если бы это случилось и если бы у меня не было выбора. Поскольку у меня есть другие цели и задачи, мой ответ — «я могу это сделать, но не буду». Я это делаю. Я уезжаю за границу на несколько недель зимой и ничего не делаю на каких хочу островах. Вот и всё. Я перезагружаю своё сознание.
Артем Берман: Следующий вопрос — воспринимаешь ли ты работу, ну, в данном случае как процесс, как важный механизм интеграции человека в общество?
Олег Иваненко: Нет! Я не воспринимаю работу так. Тебе она, наверное, нужна... Ну, опять же, мы уже пришли к пониманию. Да, наверное, какой-то период ты работаешь, чтобы зарабатывать деньги. Это необходимость, потому что нынешние условия и технологии позволяют зарабатывать много денег быстро, очень быстро. Это потому, что у нас есть технологии. Раньше это было невозможно. Более того, мы получили свои травмы, когда это было просто невозможно.
Артем Берман: Какие технологии? Приведи пример.
Олег Иваненко: Какие технологии позволяют зарабатывать деньги? Ну, все они теперь здесь. В целом я понимаю, что самое перспективное в мире — это алгоритмы. Да, теперь это алгоритмы. Кроме того, это теория, история чисел, которая даёт возможности принимать обоснованные решения. Теория вероятностей для меня — фундаментальная наука. Это для меня одна из самых точных наук. Я это осознаю. Все эти вещи позволяют теперь принимать эти решения точнее. Соответственно, более точные решения ведут...
Артем Берман: К экономии времени.
Олег Иваненко: ...к колоссальным результатам, которые, ну, позволяют быстро обеспечить себя ресурсами. Ты, наверное, понимаешь, что после очередного миллиона деньги для тебя теряют смысл. Они имеют смысл, когда у тебя есть цель и ты к ней идёшь. Ну, вот и всё. Давным-давно экономисты подсчитали, что после 600 000 долларов это просто не имеет для тебя никакого смысла.
Всё, что ты делаешь в этой жизни, каждый поступок должен иметь причинно-следственную связь согласно твоему большому жизненному плану и тому вызову, который перед тобой стоит, — всё, что ты делаешь. Соответственно, каждый раз ты думаешь, как это упростить. Ты думаешь, что сделать, чтобы другие делали это за тебя. Ну, мы... Ну, я осознал это после того, как стал передвигаться иначе. Ну, ты, наверное, знаешь, что у меня неудобная причёска. Это потому, что я никогда сам не делал себе причёску. Ты должен организовать всё так точно, чтобы люди делали это за тебя. Они загораются идеей, задачей. Неважно. Это другая история. Однако ты всегда на высоте. Никто даже не может представить, что ты в этой жизни ни разу сам не застёгивал пуговицы. Ни на мгновение в жизни, хотя теоретически этому можно научиться. Теоретически я могу научиться делать причёску. Однако это непрактично.
Артем Берман: Слушай, у меня ещё два вопроса. Что тебя поддерживает, кроме этого внутреннего двигателя, что ещё движет тобой в этой жизни? Семья, друзья, окружение, хобби? Что тобой движет?
Олег Иваненко: Ну, есть вещи, которые нам нравятся, и мы должны находить время и возможность ими заниматься. Ты обязательно должен понимать, почему ты получаешь удовольствие от жизни. Без этого нельзя жить. То есть надо уделять какое-то время этим занятиям. Игры, женщины, рыбалка... Это короткий ответ. Мы не изобретаем ничего нового...
Артем Берман: Конечно.
Олег Иваненко: Потому что цельный человек, воплощённый в человеческом сознании и существовании здесь, наверное... По той причине, что мы с тобой всё прочитали, и обо всём этом уже давно всеми написано. Вот почему мы выбрали лучшие отрывки и теперь ими пользуемся. Всё просто.
Артем Берман: Твоя работа, твой бизнес связаны с твоим образованием? Оно было полезно, твоё образование?
Олег Иваненко: Да, конечно. Возвращаясь к нашей теме: на каком-то этапе ты должен понять, что должен заниматься чем-то ещё. Вот и всё. Наверное, у меня не было времени идеально выучить иностранный язык, и поскольку я понимаю, сколько времени мне пришлось бы потратить сейчас, я не решаюсь его тратить. Потому что... Дело не в том, что у меня нет времени. Можно надеть наушники, и оно будет жужжать себе, но ты отвлекаешься. Какая самая важная задача для человека, который занимается крупными структурами или крупными задачами? Его самая большая задача и процесс, на который он тратит большую часть времени, — это думать. Думать и принимать более взвешенные, грамотные и рациональные решения. А это отвлекает от мышления, дерьмо такое. Чушь собачья! На кой чёрт оно тебе нужно? Через несколько лет переводчики переведут всё с помощью...
Артем Берман: Искусственного интеллекта и прочего.
Олег Иваненко: Да. Мне говорят, что это развивает мозг. Я говорю, что мозг развивает не это. Иностранные языки не развивают мозг. Мозг развивается информацией или опытом тех людей, которые с этим столкнулись и сконцентрировали это в своей работе. Вот что делаешь ты. Вот на чём ты сконцентрируешься. Я с удовольствием прочитаю твою работу. Я потрачу на это своё время.
Артем Берман: Хорошо. Последний вопрос может быть для тебя нерелевантным, но я задам. Есть ли у тебя финансовая поддержка от государства, и составляет ли она значительную часть твоего общего дохода? Ну, давай так. Я могу представить ответ.
Олег Иваненко: Я мечтаю построить в государстве модель, когда государство понимает, что за реализацию и трансформацию идей, которые приносят государству огромные ресурсы и доход или высвобождают эти ресурсы и доход, человек, который это сделал, должен получить много денег. Это должны быть честные деньги и официальные налоги. Сейчас этого нет; у нас всего лишь американская полумодель. Однако как только это произойдёт и ты поймёшь, что выполненная тобой задача социально значима и глобальна, и все осознают ценность этого вызова, что он должен принести тебе сумасшедшие ресурсы, тогда, в моём понимании, будет продуктивно работать с государственными ресурсами, с публичными финансами. Пока у нас нет такой системы, но мы можем это сделать, это будет воровство. В этой стране это считается воровством. Я знаю тысячи способов заработать на государстве. Я не пользуюсь ни одним из них.
Артем Берман: Хорошо. У меня последний вопрос. Я скажу 4 фразы. Я их начну, а ты закончишь. Это немного философская история. Просто навскидку. Первая фраза — «Я способен...»
Олег Иваненко: Я способен на всё.
Артем Берман: «Я буду...»
Олег Иваненко: Я буду тем, кем сам захочу быть.
Артем Берман: «Я хочу...»
Олег Иваненко: Я хочу.
Артем Берман: «Я боюсь...»
Олег Иваненко: Я почти ничего не боюсь. Ну, страх мы должны чувствовать, потому что это...
Артем Берман: Инстинкт.
Олег Иваненко: Именно. Если ты слышишь громкий звук, тебе нужно что-то сделать, чтобы защитить себя. В целом дело не в том, есть страх или нет. Дело в том, чтобы уметь с ним справляться.
Артем Берман: Спасибо...
Олег Иваненко: И тебе спасибо.